Ольга Смирнова. Финикийские хроники  

ГУЛЯЕМ 

На площади Маннергейма стоит памятник голому дядьке с флажком в руке и блюдом на попе...

Тут вообще скульптура представлена преимущественно нагими экземплярами, видимо, от неизбывной тоски суровых северных людей по жаркому обнажающему лету...

А вот что думал по этому поводу покойный кумир финского народа, узнать мне наверно не удастся. Надеюсь, что это не он, все-таки, выставлен в голом виде на площади имени себя...


В витрине стоит манекен, рекламирующий рабочую одежду. На нем белоснежный комбинезон, элегантная серая рубашка и милая кепочка, в одной руке - ведерко с краской, в другой - кисточка, измазанная белым. Мы любуемся законченностью рекламного изображения...

Вдруг манекен сделал пару мазков по раме кисточкой и почесал нос ее противоположным концом ...

Вот так спорится работа у горячих финских маляров!


Вася сбежал от меня за кусты. Через некоторое время решил убедиться, что погони нет, вернулся к калитке, просунул голову между прутьев, и ... застрял щеками. Погоня не понадобилась.


Я поняла, чем принципиально отличается выгул детей по-фински!

В России на площадке постоянно слышны выкрики: Настя, не ходи туда! Никита, не трогай это!

Финские же родители  ничего не пресекают и с полным своим плезиром лазают с детьми по горкам и валяются в снегу.

Справедливости ради надо заметить, что, в отличие от наших детских площадок, я здесь не встретила не только ни одной собачьей кучки (тут они вообще исключительно в виде специальных мусорных контейнеров с соответствующим рисунком), но и ни одной собаки! Как уж тут не поваляться в снегу!


А еще, мы махали вам рукой в Web-камеру на Rotuaari . Rotuaari - это местный аналог московского Арбата. А вы нас не видели?!

 

ноябрь 2001 г.


<< Назад Оглавление Дальше >>