Ольга Смирнова. Финикийские хроники  

САМОЕ БОЛЬШОЕ РАЗОЧАРОВАНИЕ  

...Я металась по утинному скверу с коляской и ревела. В последний раз от обиды я так рыдала , когда лет в семнадцать куда-то летела в приподнятом настроении, был закидана снежками незнакомыми подростками, упала, ушибла спину и порвала новые импортные колготки. И если сейчас равнодушие, жестокость, наплевательство или халатная неосторожность незнакомых людей в России уже так не цепляют по причине своей обыденности и моего жизненного опыта, то здесь просто удивительно столкнуться с таким. Финны больше всего ценят хорошее отношение к людям. Я ревела и думала: как же так, я им доверила жизнь своего сына и свою заодно, а они нас вот так?!

В России меня с коляской однажды гоняла по двору(!) одна сумашедшая на Жигуленке - ей места было маловато проехать, а пропустить - это ж как можно! Тот факт, что мне пришлось бы вместе с коляской на дерево влезать, чтобы ее пропустить, никого не смутил. Самое смешное, что двора-то всем хватало, просто у тетки наряду с климаксом, крупными буквами на лбу нарисованном, были проблемы с пепелац-габаритами - видимо только три дня назад права получила. Поэтому же и сигналила каждому встречному-поперечному, мол, разойдись, народ, Я еду! Потом еще не поленилась выйти из машины и обвинить меня в зависти: автомобиля, дескать, своего нет, вот и мешаешь нам, царям, ездить. Я так развеселилась! Даже позволила себе снизойти до базарной перебранки. "Мадам", - говорю, - "у меня коляска детская дороже этой консервной банки стоит, а в Жигуль меня даже за очень большие деньги полку ОМОНа не запихать!" 

Все это было неприятно, но так по-русски, что даже удалось повеселиться...

А тут я расслабилась. И забыла, что жизнь хрупка. Даже моя и моего сына. И даже в самой безопасной стране на планете.

.. Вход в больницу расположен почему-то прямо на углу. Там же, на узком тротуаре паркуются машины скорой помощи и такси. Мы обошли все это и остановились у пешеходного перехода. Светофора на нем нет, но под машины кидаться на столь оживленных улицах не принято, хотя и не противоречит правилам. Коляска с Васиком стояла на самом краю поребрика (пардон, господа москвичи, специально для вас - бордюра), а я, естественно, сразу за ней. Ждем такой степени освобождения проезжей части от автомобилей, чтобы можно было проехать без перебежек с коляской - а торопиться-то куда? Наследник, опять же, на авто полюбоваться - сам не свой!

И вдруг я чувствую, что кто-то медленно, но сильно выталкивает меня, а следовательно, и мое бесценное впереди, на проезжую часть. Рефлекторная попытка сопротивления ничего не дала. Я обернулась и с ужасом обнаружила, что пытаюсь противостоять серебристому Мерседесу! Водитель Мерседеса-универсала  с маячком "taxi" на крыше, выпарковываясь с крохотного клочка земли перед входом в больницу, просто НЕ ПОТРУДИЛСЯ проверить, что происходит сзади. И прямо всей своей мерседесовской задницей выдвигает нас с ребенком (в первую очередь) в кандидаты в покойники!

Какое счастье, что на свете нет инстинкта сильнее материнского! Я даже не помню, что я делала в этот момент. Я просто обнаружила себя через некоторое время (секунды или минуты?) стоящей в центре злосчастного уже опустевшего тротуара, вцепившись в коляску мертвой хваткой, и смотрящей в небо... 

Так что, на всякий случай, прощаюсь...

 

февраль 2002 г.


<< Назад Оглавление Дальше >>