Ольга Смирнова. Финикийские хроники  

ОРНИТОЛОГИЧЕСКАЯ ПОЭМА 

У моей подруги Натахи и ее мужа  Сеппо удивительный дом. Он по-фински чистый и по-фински уютный. И по-фински имеет спуск к живописному озеру. Но не по-фински оснащенный прудом с фонтаном во дворе и радиоточками в туалетах, он не по-фински большой, не по-фински красивый и уж совершенно не по-фински гостеприимный. В силу последнего в доме постоянно толкутся многочисленные друзья, родственники, коллеги, знакомые, родственники друзей, друзья родственников, знакомые коллег и коллеги знакомых, а также коллеги и знакомые друзей и родственников, не говоря уже о друзьях и родственниках коллег и знакомых  Не удивительно, что обновление (точнее - пополнение) этой оравы производится с завидной регулярностью.

В доме живут не занудные трезвенники, но и не беспробудные пьяницы, пьющие все, что горит. Ценители хороших вин, хозяева умеют угощать. Расслабленно-веселых гостей всегда найдут чем развлечь. Например, в летнюю программу входит обязательный спуск к озеру на собственный маленький круглый лодочный причальчик. Оттуда можно нырять, можно прокатиться на лодке, можно просто покормить уток, если погода не располагает, а если располагает не только погода, но и птицы, то - и то, и другое, и третье.

Это мероприятие проходит особенно весело, если среди гостей есть новички. Подходя к озеру с заранее заготовленными крошками для водоплавающих, посетители непременно начинают крутить головами в поисках уток, продолжая шутить и смеяться. Неофит же в какой-то момент встанет, как вкопанный, потом выразит восторг как-нибудь по-своему, поцокает языком, а потом начнет цыкать на спутников: "Ну тише вы, алкоголики, птицу спугнете! Откуда такой красавец? Вы его прикормили? Разве они в Финляндии обитают? Да заглохните вы уже, улетит ведь!" Особо образованный может заволноваться по другому поводу: "А почему он один? Они же поодиночке не живут!"

Тут к причалу подтянутся лоснящиеся финские, как-бы дикие, утки. Желающие станут их кормить практически из рук. Но предмет восхищения  нового гостя лишь слегка взволнованно покачается на волнах где-нибудь в полутора-двух метрах от происходящего и на всякий случай отвернется, чтобы по-быстрому смотать удочки в случае опасности. Он периодически будет поворачиваться и смотреть на шумную толпу немигающим черно-желтым глазом, то одним, то другим. Если физическая активность топчущихся на причале увеличится, он чуть более нервно зашевелится на водной глади, но не предпримет особых попыток увеличить расстояние.

Тут осмелевший новичок начнет привлекать внимание красавца наиболее лакомыми хлебными кусочками, но гордец будет лишь немного шарахаться от шлепающихся в воду рядом с ним полуковрижками и четверть-батонами (или как там по-московски, четверть-булками?), сушками-печенюшками и бубликами.

"Он у вас тут совсем зажрался?" - спросит раздосадованный горе-орнитолог и будет почти прав. "Да нет, он только червяков или мух, в крайнем случае, возьмет", - примутся утешать его, слегка перемигиваясь немного по-пьяному, двумя глазами.

И если неофит окажется особо азартным, ну или особо нетрезвым, он не поленится и сбегает в дом за остатками своей котлеты, ибо где он надыбает вам так сразу червяка на незнакомой территории или нетвердой рукой словит мясистого, но верткого, инсекта? Кидать же деликатес из осторожности не станет. Он тихонько спустится по ступеньками в воду, вплавь преодолеет расстояние между причалом и достопримечательностью, ткнет в его гордую физиономию лакомством и ... от души навешает несчастному пенделей и подзатыльников с воплями "Так он у вас плюшевый, блин!!!" 

- Кто?! Лебедь?!! Неправда!!! Он ручной! Но немного пенопластовый...

 

июль 2003 г.


<< Назад Оглавление Дальше >>