Ольга Смирнова. Финикийские хроники  

ПУСТАЯ БАНКА NORDEA И ХЭППИ ЭНД ЦВЕТА ХИП-ХОП,
или "МЫ - НА СЕВЕРЕ, ПАРЕНЬ!"

- Покупаем новую машину, - жизнеутверждающе констатировал благодетель. - Так, что у нас с финансами? ... Ага... Ну, значит в кредит...

И началась! Началась в полную силу Церемония Очень Большой Балагуровской Покупки с привлечением сильнодействующих лиц со стороны.

Стадия маркетинговых исследований через Интернет заняла всего три месяца - сказался несвойственный кормильцу в прочих случаях азарт. И потом, важная стадия "уговоров меня" была и вовсе опущена! Машина - это святое.

Стадия предварительных походов по автосалонам отличалась увлекательностью. Внимательность и предупредительность продавцов, оказывается, сторого коррелируют с рейтингом представленных марок. Так, например,  люди, торгующие Mitsubishi'ми и Saab'ами, попивают себе кофеек на своей кухоньке, пока ты там бродишь, предоставленный сам себе, а вот владелец лавки, выставляющей Suzuki и Hyundai, бегает за тобой, как раненый медведь, постепенно собирая за собой толпу сотрудников, консультантов, переводчиков-со-всех-на-все-языки. Картинка, как в известном советском мультике "Фильм, фильм, фильм!".

А со следующей все и началось... Стадия, характеризующаяся началом вступления в непосредственный контакт с автоторговцами, наполнилась трагизмом с первого же эпизода. Когда автобуржуи узнавали, что покупатель является финским резидентом всего полгода, что кредитной историей еще не успел разжиться, но уже успел запятнать свое прошлое несмываемым пятном российского гражданства, тут же с разной степенью прямоты и вежливости объясняли незадачливому автолюбителю, что вступить с ним в случайную кредитную связь они никак не в состоянии. И даже (о! кто из вас видел, тот поймет!) честнейшие голубые глаза на порядочнейшем из физических лиц не заставили их ни устыдиться своему недоверию, ни содрогнуться от сочувствия обесколёшенному финскими налогами иностранцу. 

Удрученный, но все еще не сломленный, чередой отказов автосалонов, отец семейства вынужден был вспомнить о том, что он, на худой конец, является полноправным клиентом финикийского банка, который уж точно не может сомневаться в его платежеспособности, подтвержденной стабильным ежемесячным увеличением средств на счете, хоть и небольшим, но гордым.

Итак, настал тот День, когда Большой Ба впервые набрал номер банка. Номер был занят. Он набирал и набирал, но в этот день банк так и не пожелал иметь с ним дело. На следующий день благодетель снова начал долбать номер банка, и на двадцатой попытке удача ему улыбнулась: в трубке что-то пролопотали по-фински. Кормилец привычно поинтересовался, могут ли ему помочь на английском. После минутной паузы, без комментариев, на другом конце провода его переключили в неизвестность. Через пару минут длинные гудки опять прервались финской речью. И опять Василий спросил насчет английского. Его снова переключили. С третьим собеседником ему удалось поговорить на знакомом языке, хотя и пятью минутами позже. Ему назначили встречу через неделю.

Всего семь дней спустя он уже объяснял ситуацию сотруднице родной, как нам тогда казалось, банки Nordea. Выслушав, кредитная раздавальщица сразу оценила случай как тяжелый. Нет, она даже и не знает, можно ли довериться такому заемщику. Но, принимая во внимание многие положительные моменты, банк, вероятно, может подумать на эту тему. А вообще-то, это не ее уровень полномочий, поэтому через две недели они позвонят и назначат встречу с менеджером, обладающим правом принятия подобных решений. Видимо, меньше, чем за две недели, менеджера такого уровня просто не подготовить своими силами...

Знаете, если считать, что день - это то, что от темна до темна, но только летом и поблизости от Полярного Круга, то по таким калькуляциям любимый бы вздыхал у телефона месяцев семь, а то и все четырнадцать. Но не таков впавший в азартное состояние Василий Евгеньевич! Его нетерпение достигло критической отметки (беспредельно у него только терпение) уже через три недели! То есть, когда и на четвертой неделе никто не позвонил, он опять запустил процедуру дозвона. На третий день папа Вася смог задать свой коронный вопрос про обслуживание на английском языке. Его снова долго метали по всему банку, как бадминтонный воланчик. Послушав длинные гудки с перерывами на сопение минут пятнадцать, он-таки добился своего, и дата аудиенции с очередным решальщиком была назначена. Осталось подождать полторы недели...

Но именно через полторы недели на тот же самый час у Большого Ба свалилось неотложное дело, от которого зависело все. Он честно позвонил в банк, извинился и пообещал перезвонить на следующий день. Он тогда не знал, что только что нажал кнопку сброса результатов... (Финикийская народная сказка про белого бычка.)

С того самого Дня прошло уже три месяца. Мой героический муж в очередной раз прослушивал череду длинных гудков, перемежаемых кряхтением, мычанием и редкими фразами на ломаном английском типа "А Вы хто? Хто-хто? Как - конь в пальто?", в течение пятнадцати минут. 

И вдруг все неожиданно закончилось. После очередного гудка в трубке пронзительно засвистел готовый к приему неизвестно чего факс... Да-да! Именно истерический взвизг факса стал последней каплей.

- Так. Меням банк.

- На какой?

- Да какая разница?! Они тут все одинаковые... Вообще все меняем!

А на следующий день, в субботу, кормилец пропал. Он не подходил к телефону и не отвечал на sms-ки. Мы даже заволновались: а ну как эта буржуйская банка совсем подорвала его веру в светлое будущее?! Без руля и колес наша единственная надежда и опора совсем зачахнет. Да что кормилец! У Васика губы распухли от постоянного вопросительного вбрумканья, он для убедительности даже слово "машина" освоил! А я во сне ничего, кроме бывшей нашей старушки, давно не вижу!

К вечеру Большой Ба все-таки вернулся в семью, утомленный, но счастливый. Он ездил в тот единственный автосалон, где так ни разу до сих пор и не попросил продать машину в кредит. И его владелец, тот самый, что три месяца назад носился за нами, как раненый медведь с толпой ассистентов, предлагая свои Сузуки и Хундаи оптом и в розницу, выслушав полную неизбывной тоски историю и заглянув в не умеющие лгать глаза, ответил просто и прямо (ну, через переводчика): "Я тридцать лет имею здесь бизнес. И я с полувзгляда вижу, с кем можно иметь дело... Мы - на севере, парень. Здесь принято доверять людям. А иначе как жить?"

...Я рыдала, подперев опухшие щечки руками, а Васик стоял рядом с носовым платком, когда папа Вася в лицах пересказывал этот, полный чисто финской патетики, многочасовой диалог. Как жаль, что такие замечательные люди не торгуют Аудями и Мерседесами с рассрочкой лет на десять и такой же гарантией!

А через три дня в подземном гараже уже стоял настоящий, цвета "Hip-Hop Red", хоть и южнокорейский, но зато новенький, автомобиль с не слишком благозвучным, но уже совершенно родным названием - Hyundai Accent.

 

май 2002 г.


<< Назад Оглавление Дальше >>